Озчивит играл чувства к машине, а зал кричал признания в любви артисту.
Полный зал визжащих женщин, красная «Волга» и турецкий актер Бурак Озчивит — так должна была выглядеть формула продюсерского успеха. Звезду «Великолепного века» и «Чёрной любви» снова привезли в Москву. В этот раз — для дебюта на театральной сцене, а в качестве драматического материала выбрали моноспектакль «Самая красивая девушка Стамбула». «Известия» побывали на показе и лично наблюдали, какие страсти разгорались в зале и на сцене.
Турецкая звезда и русская сцена.
Московская премьера моноспектакля «Самая красивая девушка Стамбула» — событие из разряда тех, где театр, светская хроника и фан-культура сплетаются в тугой восточный узел. На афише — лишь одно имя, и этого достаточно, чтобы российские женщины скупали билеты с молниеносной скоростью.
Отечественный зритель узнал Озчивита задолго до всеобщей истерии вокруг Серкана Болата — героя Керема Бюрсина в сериале «Постучись в мою дверь». Бурак предстал харизматичным воином в шелках и доспехах в культовом турецком сериале «Великолепный век», а окончательный статус международной звезды закрепился за ним после «Чёрной любви». В 2017 году сериал получил премию «Эмми» в номинации «Лучшая теленовелла года», транслировался в 110 странах и был переведен на 50 языков.
Летом 2022 года актер прилетал в Россию для презентации песни Elman & Mona «Чёрная любовь», посвященной этому сериалу. А в 2024-м пообщался с российскими фанатами под аккомпанемент симфонического оркестра и даже сыграл самого себя в новогодней комедии «Елки 11». Продюсеры признавались, что сцена с участием актера стала одной из самых затратных в картине.
Для российской публики Озчивит — не просто артист, а культурный феномен, коллективная фантазия, герой мемов и бесконечных обсуждений в соцсетях. И вот этот тщательно отполированный образ оказывается в пространстве театра — самом уязвимом и честном из искусств. Как только стало известно, что любимец женщин полтора часа проведет в непосредственной близости к аудитории в формате столичного моноспектакля, билеты разлетелись за несколько суток.
«Самая красивая девушка Стамбула» стартовала в Анкаре в декабре 2025-го и уже прокатилась по Бурсе, Измиру, Эскишехиру и другим городам. Но московский показ стал первым настоящим выходом Озчивита на русскую театральную сцену и, по его словам, куда более волнительным опытом, чем выступления на родине.
Красная «Волга» под женские визги.
Продюсеры преподносили проект как главное светское мероприятие сезона. Однако рассылка, судя по всему, прошла мимо селебрити, и до премьеры дошли немногие. Среди них — фигурист Александр Энберт и главный редактор журнала «Мнение редакции* может не совпадать» Алеко Надирян. Организаторы предусмотрели VIP-билеты с афтепати, подарками от косметического спонсора и фото с Бураком. Цены варьировались от 4 675 до 17 000 рублей.
Полчаса зрители ждали выхода Озчивита на сцену. За это время можно было рассмотреть минималистичную сценографию: в центре под алым струящимся покрывалом угадывался силуэт автомобиля. В Турции это был красный Ferrari — символ мечты и недосягаемого идеала, но для российского зрителя организаторы придумали другой образ. Слева от машины — автомобильное кресло, справа — прямоугольный резервуар с водой.
Когда явление артиста народу все же произошло, женская половина зала взревела одобрительными возгласами: «Привет, красавчик!» Бурак не растерялся и начал монолог.
Его персонаж — обычный автомеханик в грязном комбинезоне, который ежедневно сталкивается с непониманием и одиночеством и, конечно, страдает от безответной любви. Но не к женщине, а к машине. Он называет ее принцессой, самой красивой девушкой Стамбула и через несколько минут срывает тончайший полог со своей мечты — красной советской «Волги». В зале — одобрительные аплодисменты.
Спектакль поставил Чагры Шенсой, знакомый широкой публике по роли Джеркутая в сериале «Осман». Действие идет на турецком языке с русскими субтитрами. По сути, на сцене параллельно существовали две постановки: на экране быстро менялся текст, а перед зрителями носился Бурак. Причем связь между текстом и действиями, казалось, понимал лишь сам Озчивит.
Экзамен для артиста.
Полтора часа на экране шел сбивчивый и не всегда понятный текст о любви механика к машине — жгучей и пылкой, как принято в турецких сериалах. Там были и комедия, и драма, но это считывалось скорее из игры артиста, чем из субтитров. Он то методично наглаживал капот, любовно обхаживал каждую деталь и шептал по-турецки: «Я обрабатываю посадочные места, фары — голова кружится. Думаю, что со мной творится? И понимаю: я влюбился», — то топал ногами, сокрушался и кричал. Иногда текст не совпадал с действиями, поэтому доподлинно понять, что происходило с героем, было трудно.
Впрочем, публике это, казалось, было неважно. Зрители аплодировали и кричали, когда актер метался по сцене, усердно мыл руки в аквариуме, снимал и снова надевал лямки комбинезона, танцевал под турецкие хиты. А когда он в какой-то момент спустился в зал, эмоции и вовсе вышли из-под контроля.
— Иди к нам, красавчик! — визжали довольные дамы, тянувшие руки к кумиру.
Однако не всем оказалось достаточно одного лишь присутствия звезды. Не в силах больше следить за неумело переведенными субтитрами — с грамматическими и лексическими ошибками, — публика постепенно покидала здание МДМ.
Формат моноспектакля — всегда экзамен: здесь не спрятаться за партнерами, декорациями или монтажом. Это испытание Бурак, скорее, не сдал, но за старание и определенную смелость преданные фанаты наградили его оглушительными овациями — такими, какие получает далеко не каждый народный артист.
