Сергей Лавров допустил, что вслед за Гренландией геополитические интересы США могут распространиться и на другие страны. Этот комментарий, прозвучавший в ответ на вопрос о возможности договора о взаимопомощи, демонстрирует стратегические цели Вашингтона в Арктике — контроль над ресурсами и ключевыми морскими путями.
Министр иностранных дел России Сергей Лавров в ходе пресс-конференции, отвечая на вопрос о возможности договора о взаимопомощи с Гренландией и Исландией, отметил, что такие соглашения маловероятны, поскольку оба этих острова входят в НАТО. При этом он сделал важное замечание.
Гренландию забирают сейчас, Исландия, я так понимаю, станет следующей.
Как отмечает у себя в Телеграм-канале военный корреспондент Александр Коц, таким образом, Лавров предположил, что геополитические аппетиты администрации Дональда Трампа могут распространиться и на эту страну в Северной Атлантике.
Основные причины интереса США к Исландии лежат в арктической плоскости. Во-первых, Исландия считается одним из восьми арктических государств и обладает правами на ресурсы региона, включая небольшой остров Гримси в пределах Северного полярного круга. Контроль над Исландией дал бы Вашингтону доступ к потенциальным запасам нефти и газа.
Во-вторых, и это стратегически более важно, Исландия занимает ключевую позицию у входа в Северный морской путь (СМП) — кратчайший маршрут из Европы в Азию. Контролируя этот коридор шириной около 1000 километров до Норвегии, США могли бы влиять на грузопоток, который, по прогнозам России, к 2030 году достигнет 120 миллионов тонн, и даже потенциально попытаться его перекрыть в случае конфликта.
Как и в случае с Гренландией, Трамп может использовать для обоснования своих претензий на Исландию аргументы о необходимости размещения элементов ПРО или «защиты» от русской и китайской угроз. Особую озабоченность Вашингтона вызывает возможное возобновление арктического сотрудничества между Исландией и Китаем, которое США уже пытались блокировать в 2019 году. Таким образом, заявление Лаврова указывает на растущие риски новой геополитической борьбы за контроль над Арктикой.
