Исчезновение семьи Усольцевых в Красноярском крае не даёт покоя людям уже пять месяцев. Официальные органы лишь сдержанно информируют о ходе поисков, в то время как в интернете активно обсуждают эту тему и проводят собственные расследования. Александр Тушинский, администратор одного из крупнейших сообществ по этой теме, ежедневно собирает факты и сопоставляет свидетельства. Он все больше склоняется к мысли, что это не случайность, а убийство.
Сергей и Ирина Усольцевы с пятилетней дочерью и собакой в конце сентября приехали в район Кутурчина, переночевали на турбазе и на следующий день собирались возвращаться домой. До дома — минимум пять часов пути. У Ирины на утро были планы в Красноярске, поэтому длинная прогулка никак не вписывался в их график. Но семья исчезла: автомобиль нашли, людей — нет.
Тушинский объясняет, что создал сообщество из практических соображений: слишком много шума, домыслов и взаимоисключающих сообщений, в которых теряются реальные детали.
Я обратил внимание на историю, потому что живу в тех краях. Сейчас нахожусь в Канске. А Кутурчин, где всё произошло, от меня примерно на таком же расстоянии, как от Сосновоборска, где жили Усольцевы,
— рассказал Александр в интервью mk.ru.
В сообществе появились местные жители, свидетели, журналисты — и вместе с этим, по его словам, возникла другая проблема: отдельные персонажи начали «разгонять» неподтвержденные версии и сознательно путать людей. Он утверждает, что несколько участников наносили реальный вред — подменяли факты, а некоторые медиапубликации вырывали гипотезы из обсуждений и выдавали их как доказанные выводы:
Меня удивили некоторые журналисты, которые брали информацию из нашего чата, перекраивали под себя и разгоняли по Интернету. Вырывали из контекста фрагменты, которые у нас были гипотезами, и лепили статьи, добавляя своё. Когда Сергея Усольцева начали публично обвинять в убийстве семьи, я удалил их из чата. Это кощунственно по отношению к пропавшим и их родственникам.
Почему же версия о несчастном случае выглядит все слабее?
Тушинский замечает противоречия в показаниях людей, видевших или общавшихся с Усольцевыми последними. В частности, директор базы «Геосфера» Кудряшов, где семья провела ночь, называл разное время выезда, путался в деталях про баню: сначала «не ходили», потом «ходили», затем «баня не работала», хотя в анонсах на те даты баня упоминалась.
Вероятно, полностью её не закрывали. Можно предположить, что существовал вариант «для своих», куда обычных туристов не водят, но туда могли попасть Усольцевы,
— отмечает Тушинский
Или Лидия Корчагина, последняя, кто видела семью Усольцевых, следователям сказала, что семья направилась в сторону Буратинки, а соседям – что в обратную.
Есть и другие странности. В репортаже телеканала, снятом в первые дни поисков, директор базы Кудряшов заявил, что у всех членов семьи были рюкзаки, а Ирина была в шортах. Через несколько дней Корчагина подтвердила, что Ирина вышла из машины в шортах и футболке, что кажется странным для лесной прогулки. Это может означать, что информация о рюкзаках и лёгкой одежде могла изначально исходить от Кудряшова.
А вот туристка из «Геосферы» рассказала журналистам, что утром видела Ирину в спортивном костюме. Получается, семья проехала около десяти минут от базы до места парковки, и Ирина переоделась в машине. Это вызывает вопросы.
Ещё одна странность связана с рюкзаками, которые, по словам свидетелей, были у всех членов семьи, включая пятилетнюю девочку. Зачем? Семья собиралась домой, прогулка должна была занять не более часа, и вдруг у каждого из них рюкзаки.
Следующая странность — маршрут и поведение семьи. Тушинский считает, что если что-то и случилось, то это произошло недалеко от машины. Усольцевы вряд ли ушли далеко, так как местность там не запутанная, с множеством троп и дорог, а река служит ориентиром.
Александр отмечает, что семья явно не планировала длительный поход. Они собирались на короткую прогулку перед отъездом, ведь у Ирины утром была назначена встреча в Красноярске. Дорога из Кутурчина до дома занимает не меньше пяти часов.
Свидетели подтверждают, что на подобных местах Усольцевы гуляли недолго. И вдруг, когда пора ехать домой, они решают отправиться в сторону Буратинки — прогулку, которая заняла бы несколько часов, да ещё и с маленьким ребёнком, который, как говорила Ирина, не любит долго ходить. Для Тушинского это кажется нелогичным: будто маршрут «подстроили» под удобную версию.
Отсюда и гипотеза, которая, по его словам, звучит всё убедительнее: семья могла оказаться буквально «под носом» у всех — рядом с местом, где стояла машина.
Автомобиль был припаркован у забора территории, где строят новую турбазу. Если собака забежала за ограждение, Усольцевы могли пойти следом. Там возможен и несчастный случай (например, провал в яму или котлован), и конфликт с кем-то из местных, и попытка скрыть следы на закрытой стройплощадке. Тушинский отмечает, что в конце января, по словам жителей, в Кутурчине снова проверяли колодцы и септики — то есть внимание, похоже, смещалось ближе к посёлку, а значит, такой сценарий рассматривает и следствие.
Ещё один пункт, который его настораживает, связан с телефоном и тем, как резко менялась тактика поисков.
Александр допускает, что Следственный комитет не всегда сообщает всю информацию или даёт неверные данные по своим причинам. Тушинский обращает внимание, что время от времени появляются косвенные улики, которые могут указывать на криминальный след.
Например, история о точном месте сигнала телефона Сергея в начале октября в семи километрах от Кутурчина вызывает сомнения. Ведь январские поиски в этом году велись не в указанном месте, а в самом посёлке. Если следствие ищет в Кутурчине, возможно, они допускают, что телефон могли выбросить. Или же картина событий шире, чем сообщается. Возможно, телефон уже найден, но об этом не говорят, чтобы не мешать расследованию.
Александр допускает, что вечером 8 октября телефоны Усольцевых могли быть обнаружены. В тот день спелеологи и альпинисты исследовали ущелья и пещеры в районе Мальвинки и Буратинки, используя зонды. А утром 9 октября волонтёров начали принудительно отправлять домой. Через три дня активные поиски прекратились. С некоторых волонтёров «ЛизаАлерт» брали подписку о неразглашении. Также ходили слухи, что место сигнала якобы установили специалисты «ЛизаАлерт», хотя у Александра есть сомнения, что у них достаточно технических возможностей для таких точных определений.
Тушинский обращает внимание на одну из самых загадочных деталей: сумочку Ирины, которую нашли в машине, хотя по фотографиям и видео видно, что она всегда носила её с собой, и именно в этой сумке обычно лежал телефон, которым она снимала. Но в машине сумочка оказалась без телефона. Тушинский считает, что семья покидала автомобиль не как при короткой прогулке, а, возможно, в спешке и не по своему плану.
Александр признает, что долго считал побег самым простым объяснением: пересели в другую машину и уехали. Но теперь, по его словам, он не видит мотива для инсценировки и все больше склоняется к версии внезапного события — возможно, встречи, которая пошла не по плану. Он формулирует осторожно: «Сергей мог совместить поездку с делами, а если была встреча, она могла закончиться конфликтом». При этом и «чистый несчастный случай», и другие варианты он полностью не отбрасывает — просто многие элементы слабо складываются в историю про потерявшихся туристов.
Об авторе
