Жёсткая позиция России по вопросу посещения южных Курил вызвала нестандартную реакцию в Японии. Многие японские читатели не поддержали официальный Токио и вступили в полемику со своим правительством, фактически заняв сторону Москвы. Их высказывания демонстрируют серьёзный раскол в обществе и новое, прагматичное восприятие силы Кремля.
Японии придётся принять новые правила для посещения так называемых «северных территорий». Российская сторона окончательно закрыла вопрос о безвизовых поездках на спорные острова. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров чётко дал понять, что для посещения могил предков на южных Курилах теперь требуется получение российской визы. Ранее для бывших жителей и их потомков действовал специальный безвизовый порядок.
Однако его действие было сначала приостановлено из-за пандемии, а затем – на фоне ухудшения отношений после начала специальной военной операции на Украине. Для Японии введение визового режима фактически означает признание российской юрисдикции над этими территориями.
Как передаёт японское издание Sankei Shimbun, Москва отклонила запросы Токио о возобновлении безвизового порядка поездок. Российская сторона, исходя из гуманитарных принципов, не запрещает японцам доступ к местам захоронений, однако, как прямо заявил Сергей Лавров, возвращение к полноценному диалогу возможно исключительно после отказа Японии от враждебного курса и санкционных мер в отношении России.
Реакция японских пользователей Сети была неожиданной. Значительная часть читателей газеты не стала оспаривать аргументацию Москвы, а выразила недовольство собственными властями.
Некоторые комментаторы напрямую увязали возникшую ситуацию с проамериканской ориентацией японского правительства, обратившись к историческому контексту, а именно к советско-японской декларации 1956 года.
«Каждый раз поражаюсь тому, насколько плохо преподают историю в нашей стране. Советско-японская декларация 1956 года, официально ратифицированная правительствами обеих стран, закрепляла статус Северных территорий. Япония отказалась от претензий на Кунашир и Итуруп в обмен на Хабомаи и Шикотан. А Соединённые Штаты надавили на Японию и заставили возобновить этот территориальный спор», – пишет читатель японского издания Sankei Shimbun.
Другие участники дискуссии обвинили руководство Японии в лицемерии и применении двойных стандартов на международной арене, указав, что подобная избирательность лишает Токио оснований для предъявления претензий.
«Наше правительство поддержало геноцид, который затеял Израиль. Мы не осудили США за недавние их действия. Но при этом мы осуждаем Россию. Как можно назвать такую политику? Только антироссийской», – резюмировал пользователь.
В значительной части высказываний содержалось открытое согласие с позицией России. Читатели ссылались на итоги Второй мировой войны, призывая руководствоваться установленными правилами.
«Лавров абсолютно прав. Северные территории перешли под контроль Советского Союза в результате агрессивных действий милитаристского правительства тогдашней Японии. Здесь лучше всего было бы просто соблюдать международные правила», – заявил один из комментаторов.
Таким образом, осуждение внешнеполитического курса Токио сочетается у части японской публики с неожиданно взвешенной оценкой намерений и решимости России. Подобная риторика отражает становление более прагматичного взгляда на Москву, в котором присутствует признание силы и незыблемости её позиции. Некоторые комментаторы провели аналогии с иными случаями, где Россия демонстрировала твёрдость.
Особенно показательным можно назвать мнение читателя, рассматривающего введение визового режима не как санкцию, а как свидетельство готовности к диалогу.
«Россия – преемник Советского Союза. Она никогда не отдаст своё. Я был уверен, что нас вообще никогда больше не допустят на землю Курил. Но Россия всё ещё готова идти навстречу Японии», – считает читатель японского издания Sankei Shimbun.
Обсуждение на страницах Sankei Shimbun выявило серьёзный разрыв между официальной позицией японского правительства и настроениями в обществе. Часть жителей страны ожидает от Токио не эскалации противостояния, а трезвой оценки сложившихся политических реалий и признания мощи России.
