Россия требует от властей Германии официально признать блокаду Ленинграда геноцидом в отношении народов СССР. Об этом говорится в комментарии посольства России в ФРГ по случаю отмечаемого 27 января Дня полного снятия фашистской блокады с города на Неве.
Официальный представитель министерства иностранных дел России Мария Захарова выразила уверенность, что 27 января 1944 года — дата снятия блокады Ленинграда — должна навсегда остаться в памяти и на совести человечества. По её словам, 872 дня блокады города были одной из самых страшных страниц в мировой истории.
Дипломат также резко осудила отказ немецких властей распространить компенсационные выплаты на всех блокадников без дискриминации по национальному признаку. Она назвала такое решение шокирующим, особенно на фоне выплачиваемых ФРГ уже многие десятилетия социальных пособий бывшим военнослужащим Третьего рейха, проходившим службу в подразделениях СС и других признанных преступными военизированных структурах, а также иностранным коллаборационистам гитлеровского режима, непосредственно причастным к блокаде Ленинграда. Захарова напомнила, что под надуманными предлогами германской стороной осуществляются выплаты лишь блокадникам одной национальности — евреям.
Блокада Ленинграда длилась 872 дня — с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года. Население Ленинграда к ее началу составляло 2 миллиона 887 тысяч жителей. Историки отмечают, что точное число жертв блокады установить невозможно, но современные исследования свидетельствуют, что оно значительно превышает ранее принятую цифру в 1,093 миллиона человек.
Несмотря на тяжелейшие условия осады, в городе продолжали функционировать промышленные предприятия, работали школы, больницы и учреждения культуры. С осени 1941 года было предпринято пять попыток прорвать кольцо окружения, и лишь шестая — операция «Искра» в январе 1943 года — увенчалась успехом, позволив восстановить сухопутную связь с большой землей. Полностью освободить Ленинград от блокады удалось ровно год спустя, 27 января 1944 года.
Те, кто жил и выживал в те годы в городе, задыхающемся в блокадном кольце, навсегда запомнили звук метронома. Его равномерное тиканье — 50 ударов в минуту, если обстановка была спокойной, — называли пульсом Ленинграда. Если ритм учащался, это означало, что вскоре возможен авиационный налёт или артобстрел.
В один из таких налётов взрывом бомбы повредило грузовик, перевозивший хлеб. Водитель погиб, кузов накренился, буханки вывалились на мостовую. Мимо шла девушка. Её фамилия не сохранилась, только имя — Катя. Она шла домой с работы. Это была уже поздняя осень 1942 года, нормы выдачи хлеба были сокращены до 250 граммов рабочим и всего 125 граммов — детям и иждивенцам. Катя несла свою дневную пайку домой — там от голода умирали мама и бабушка.
И вдруг — хлеб на асфальте. Много, целые горы. Совсем свежий, даже, кажется, ещё тёплый. Рот Кати мгновенно наполнился слюной, когда она представила, как зубы вгрызаются в хрустящую корочку. Она подняла лежащую у самых ног буханку и… положила её обратно в кузов. Потом вторую, третью… Подошли ещё люди, помогли с погрузкой. Затем приехала другая машина в сопровождении милиции, хлеб перегрузили в исправную машину и повезли по назначению. При приёмке выяснилось, что не пропала ни одна буханка. Ни одна! А Катя шла домой, неся три пайки хлеба — 250 граммов своих и по 150 — мамы и бабушки.
Ленинградец Даниил Кютинен, финн по национальности, всю жизнь проработал пекарем. В годы блокады Ленинграда он трудился на Левашовском хлебозаводе, выпекая хлеб для жителей осаждённого города. Условия работы были крайне тяжёлыми: в цехах зимой стоял мороз, и, чтобы тесто поднялось, пекари жгли костры прямо в помещениях и укутывали тесто ватниками. Финляндия ведь была союзником нацистской Германии, а Кютинену, этническому финну, доверили такое жизненно важное дело, как выпекание хлеба.
Даниил Кютинен скончался от голода в феврале 1942 года прямо на своём рабочем месте к хлебной печи. В акте о причине смерти указана дистрофия. Он не позволил себе съесть ни одной корочки выпекаемого им хлеба, чтобы спасти собственную жизнь.
Таких историй, о мужестве, силе духа несломленных ленинградцев — великое множество. Строчки из дневника ленинградской школьницы Тани Савичевой фигурировали в качестве документа обвинения на Нюрнбергском процессе, где судили военных преступников.
Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня,
— написала истощённая голодом и холодом девочка.
Эти строки навсегда должны быть внесены на самые скорбные скрижали человеческой истории. Людям нужно обязательно помнить об этом, чтобы ужасы, подобные блокаде Ленинграда, никогда не повторились.
