После вчерашней встречи с американцами по поводу Гренландии европейцы пребывают в состоянии «грогги». Гренландию США аннексируют, это уже очевидно, но что это означает для России? На данную тему размышляет обозреватель Pravda.Ru Любовь Степушова.
Шеф европейской дипломатии Кая Каллас сказала в кулуарах Европарламента, что пора уйти в запой — настолько её испугал масштаб глобальных проблем, возникающих с США по вопросу притязаний на Гренландию. Впору вводить санкции в случае американской агрессии против члена Евросоюза (Дании), которая, как выясняется, неизбежна.
В Вашингтоне накануне прошла встреча министров иностранных дел Дании и Гренландии — Ларса Лёкке Расмуссена и Вивиан Мотцфельдт с вице-президентом США Джей Ди Вэнсом и госсекретарем Марко Рубио. На ней обсуждались требования США по приобретению острова. Президент Дональд Трамп перед встречей опубликовал пост, заявив, что любой результат, кроме перехода Гренландии под прямой контроль США, «неприемлем».
Трамп утверждает, что Гренландия критически важна для его проекта системы ПВО и ПРО «Золотой купол», чтобы исключить выполнение «агрессивных планов» Китая и России в Арктике. Вашингтон предлагает Дании огромную финансовую компенсацию (обсуждаются суммы до 100 млрд долларов) и пожизненную ренту, называя это «сделкой века в сфере недвижимости». Если же это не удастся, то Трамп готов к аннексии Гренландии.
Расмуссен признал, что Дании не удалось отговорить Штаты от захвата острова.
«Нам не удалось изменить позицию США. Очевидно, что президент (Трамп) хочет захватить Гренландию», — заявил он после встречи.
Министры Дании и Гренландии, заявили на переговорах, что остров является автономной территорией и вопрос о смене суверенитета не подлежит обсуждению, но описали позицию Вэнса как крайне жёсткую и лишенную сочувствия к позиции союзников — администрация Трампа отказалась исключить возможность силового захвата острова, если Дания не пойдет на сделку.
Тем не менее, видимо, ради проформы, переговорщики договорились о создании «рабочей группы высокого уровня» для «изучения способов удовлетворения интересов безопасности США без нарушения территориальной целостности Дании». Сразу после встречи Трамп заявил журналистам «Вы не знаете, что я собираюсь делать», сохраняя неопределенность относительно возможных силовых шагов.
Европейские страны — Германия, Франция, Швеция, объявили о решении срочно направить военных в Гренландию, и это якобы намеренно происходит вне рамок структур НАТО. Но НАТО от развала эта казуистика не спасёт. И, конечно, небольшой европейский контингент — это не та сила, которая остановит США.
Утверждается, что население Гренландии против перехода под юрисдикцию США, но американцы могут провести референдум о независимости, а вторым вопросом — о присоединении к США, с предсказуемыми в свою пользу результатами, если пообещать жителям большие суммы денег. Военная база США в Гренландии обеспечит охрану референдума.
Гренландия занимает ключевое положение в Арктическом регионе. Её превращение в «непотопляемый авианосец» США с размещением систем ПРО «Золотой купол» и гиперзвукового оружия может радикально изменить баланс сил. Имея полный контроль над Гренландией, США получают возможность более эффективно блокировать выход российского флота в Атлантику (через Фареро-Исландский рубеж) и контролировать западную часть Северного морского пути.
Россия потеряет преимущество, которое она выстраивала годами, восстанавливая арктические военные базы. Именно поэтому с Гренландией Трамп будет вопрос решать. С другой стороны, аннексия Гренландии станет беспрецедентным ударом по западному альянсу, что открывает для России окно возможностей для снижения санкционного и военного давления.
Если США официально аннексируют территорию западного государства, то любые претензии Запада к России по поводу Крыма или новых регионов теряют всякую моральную и юридическую силу. Москва сможет использовать принцип «вы делаете то же самое» как абсолютный аргумент на международной арене.
Россия получит выгоду от хаоса внутри Запада, однако в долгосрочной перспективе появление мощной американской военной инфраструктуры прямо у северных границ России станет критической угрозой для безопасности Северного морского пути.
