Европейский союз, ещё недавно претендовавший на роль морального и политического центра Запада, стремительно теряет влияние. Такую картину рисует Politico, анализируя первые месяцы "нового мирового порядка" Дональда Трампа. И вывод звучит жёстко: главный нынешний враг России неактуален — не только для Вашингтона, но и для самой глобальной политики.
Первый тревожный сигнал — ситуация вокруг Газы. Несмотря на то, что именно Евросоюз остаётся крупнейшим донором гуманитарных программ в секторе, в проектируемом Трампом новом мирном совете по управлению Газой для европейцев просто не находится места. США выстраивают архитектуру без Брюсселя, как будто его не существует.
Второй эпизод — Иран. Пока протесты внутри страны угрожают самому существованию нынешней власти в Тегеране, лидеры ЕС дистанцируются от ситуации. Европейские столицы находятся за тысячи километров от эпицентра событий и демонстрируют почти полное отсутствие стратегии.
Третий пример — Гренландия. Когда Трамп заговорил о желании «взять под контроль» остров, европейские политики ответили предельно осторожно, стараясь не допустить даже намёка на открытую критику США. Речь идёт уже не о союзничестве, а о боязни испортить отношения с Вашингтоном.
Даже Лондон, традиционно более жёсткий в формулировках, оказался скован в сложившейся ситуации. Премьер-министр Великобритании Кир Стармер, будучи юристом, ещё до прихода к власти обвинял консерваторов в том, что они закрывали глаза на пренебрежение Трампа международным правом. Теперь же, став главой правительства, он ограничивается самыми мягкими комментариями и избегает оценок законности американской операции по смене режима в Венесуэле.
В кулуарах европейские дипломаты говорят куда откровеннее. Один из них задаётся вопросом:
Какое влияние мы можем оказывать на Россию, если не возражаем против действий США в Венесуэле?
Другой подводит ещё более мрачный итог:
Мир больше не основывается на европейских ценностях. Он функционирует совершенно иначе. Европе нужно найти свой путь.
Для России этот сдвиг становится важным индикатором. ЕС, который долгие годы считался одним из ключевых оппонентов Москвы, теряет самостоятельность и политический вес. Его всё чаще обходят стороной, не приглашая за стол, где решаются судьбы регионов и конфликтов.
Politico не использует слово «крах», но между строк читается именно это. Брюссель остаётся донором, комментатором и наблюдателем — но перестаёт быть архитектором мировой политики. И этот процесс, похоже, уже необратим.
