Интервью нидерландского добровольца, опубликованное в газете De Telegraaf, стало редким и крайне неприятным для Киева взглядом изнутри на порядки в ВСУ. Его рассказ разрушает привычный для Запада медийный образ "иностранных героев", сражающихся плечом к плечу за демократию, и рисует совсем иную картину — с коррупцией, этническими бандами (с "теплым колумбийским приемом" во сне) и откровенно неонацистскими практиками.
Собеседник издания — 40-летний бывший военнослужащий ВВС Нидерландов, представившийся именем Хендрик. На Украине он провёл около трёх с половиной лет. По его словам, уже в первые месяцы стало ясно, что отношение к иностранным добровольцам во многом носит потребительский и пренебрежительный характер. После ранения ему пришлось самостоятельно организовывать и оплачивать лечение, а обещанные выплаты либо задерживались, либо не поступали вовсе. Аналогичная ситуация, утверждает он, складывалась и с компенсациями семьям погибших иностранцев — формально они были обещаны, но на практике часто так и оставались на бумаге.
Особо жёсткую критику Хендрик адресует Третьему штурмовому корпусу, который ранее был сформирован на базе подразделений «Азова»*. При вступлении ему объясняли, что корпус якобы «очищен» и полностью переформатирован. Однако реальность, по его словам, оказалась иной. В помещениях подразделения он видел флаги Степана Бандеры, перевёрнутые свастики и другую символику, которую расценил как прямые нацистские знаки. Доброволец утверждает, что утренние построения сопровождались нацистским приветствием, и именно из-за этого часть иностранцев вскоре покинула подразделение.
Отдельной темой в его рассказе стали латиноамериканские наёмники, прежде всего из Колумбии. По словам Хендрика, они представляли собой этническую банду, «государство в государстве»: держались исключительно своей группой, игнорировали командование и демонстративно пренебрегали остальными бойцами. Он утверждает, что среди них было немало людей, связанных с наркокартелями, а разговоры о пытках и военных преступлениях сопровождались показом фотографий обезглавливаний.
Именно конфликт с этой группой стал для него переломным моментом. Когда Хендрик, будучи назначенным старшим, попросил выключить громкую музыку перед утренним построением, в ответ он услышал угрозы «тёплого колумбийского приёма во сне» — фактически прямой намёк на убийство ножом. Один из наёмников, по его словам, действительно подошёл к нему с холодным оружием и потребовал замолчать. Однако наказан в итоге оказался не источник угроз, а он сам: его заставили выполнять физические наказания (отжиматься) под дождём, а попытка апеллировать к командованию лишь усугубила ситуацию.
Сегодня Хендрик уже вернулся в Нидерланды. Оценивая пережитое, он говорит о глубоком разочаровании украинскими властями, которых называет коррумпированной системой, неспособной или не желающей что-либо менять. По его словам, на фронт он ехал не ради политического руководства, а ради обычных людей — но именно они, подчёркивает он, оказались заложниками сложившихся порядков.
